Єпископ Боголєп – про Олександрійську єпархію у розрізі об`єднавчих процесів

823

Як відомо, 17 січня 2019 року у Верховній Раді України був проголосований за основу і в цілому законопроект № 4128-Д щодо зміни релігійними громадами підлеглості. Отримання 6 січня ц.р. томосу Православною церквою України та даний закон дали своєрідний поштовх переходу церковних громад (переважно з УПЦ Московського партріархату) до ПЦУ (до 15 грудня 2018 року – в УПЦ Київського патріархату). Найбільше ці процеси прослідковуються у північній та західній частинах України. Які ж настрої стосовно цього в церковних громадах Олександрійщини – з цим спробував розібратися «Голос Громади», беручи за основу коментарі та відповіді єпископа  Олександрійського і Світловодського Боголєпа, які він дав на прес-конференції в Олександрійській єпархії незадовго до історичної події 6 лютого і вже після об’єднавчого собору.

Наперед відзначимо: ці коментарі, без сумніву, викличуть далеко неоднозначні почуття і враження у читачів, але «Голос Громади», сповідуючи демократичні принципи свободи слова, віросповідання і совісті, свідомо не вступає в суперечку з найвищою духовною особою громад УПЦ (МП) двох суміжних районів Кіровоградщини. Висловлювання єпископа Боголєпа подані тезисно і мовою оригіналу (аби уникнути будь-яких докорів у можливих неточностях). Отже, спочатку наш співрозмовник владика Боголєп дав оцінку подіям, які передували отриманню томосу і подальшого розвитку історії:

«В этом есть интересный момент. Совсем не так давно (тобто ще до об`єднавчого собору в Києві – прим. ред.) патриарх Варфоломей (вселенський Константинопольський – прим.ред.) написал нашему митрополиту Блаженнейшему Онуфрию письмо, в котором говорит, что он его должен слушаться во всем, Это вправду настолько смешно, что наш Варфоломей почитал это письмо, запечатал его в конверт и отправил обратно. Ну представьте, откуда ни возьмись  вам приходит письмо и оказывается, что у вас теперь есть начальник в Стамбуле. То есть, 300 лет (образно говоря) его не было, а теперь он появился».

«Патриарх Варфоломей разослал всем нам приглашения на объединительный собор, но получилось, что он вышел на самом деле не объединительный, а по большому счету – учредительный. Мы прочитали проект устава, предложенного Варфоломеем, и здесь начинается самое тривиальное. На соборе был избран предстоятель новой конфессии, который будет именоваться митрополитом. То есть оказывается, в Украине уже не будет патриарха, чего так хотели все те, кто ратовал за создание поместной церкви. Греки определили, что мирра для крещения надо уже будет брать в Стамбуле, сложные вопросы, которые должны выноситься на синод, будут обсуждаться также и с Константинопольским синодом, высшие юридические и арбитражные функции будут в Константинополе; право канонизации святых будет у Константинопольского синода, а не у нашего, поместного (если можно так сказать). И окормление приходов (диаспор) в других государствах будет осуществлять Константинополь. И вот у меня появляется, как говорят, «когнитивный диссонанс»: все говорили, что будет самостоятельная поместная церковь в Украине, а получается, что внешние какие-то признаки этого соблюдены, но внутренние, содержательные моменты, которые определяют самостоятельность той или иной церкви… В чем же эта самостоятельность? Только в переименовании?»

Читайте також:  На весняному ярмарку у центрі міста підприємці з Олександрійщини презентували свої товари (ФОТО)

(Далі владика відзначив і певний позитивний момент, але з оговіркою і навіть підозрою Константинополя у «рейдерстві». Зокрема єпископ Боголєп висловив також підозру, що на Константинопольське рішення про надання Україні томосу винні США, Євросоюз і Ватикан, які «натиснули» таким чином  на вселенський патріархат і тут замішані гроші).

«Я согласен, в том что объединились Автокефальная церковь и Киевский патрархат, но уже под амафором Константинопольского патриарха, это положительный момент. Потому что они на протяжении всех лет независимости друг с другом ссорились и вот наконец объединились. Хотя жизнь идет и как там оно будет дальше – сегодня объединяются, завтра опять придется что-то придумывать… Но не важно: я просто не понимаю этой радости и торжества, исходящего из документов. Даже в таких моментах: Константинопольский патрархат наситывает во всем мире около трех тысяч приходов. Но чтобы вы понимали, у нас в Украине – 12 тысяч приходов. То есть Константинополь своими действиями расширил сферу своего влияния и если хотите, подмял под себя украинские церковные структуры, которые были вне правового поля.

Идеи автокефалии и объединения вообще хорошие, почему нет? Конечно, было бы хорошо объединиться всем, и хорошо бы, если бы в Украине все было оформлено правильно. Но возникает много вопросов, касательно соблюдения неких законов и правил. Церковь не может жить в неком хаосе, в котором живет современное общество. Когда Варфоломей отозвал то самое письмо ХVII века, он не обратился к нам, как к доминирующей православной конфессии на Украине, не поинтересовался нашим мнением. Мы разорвали с ним евхаристическое общение в знак протеста, потому что светским языком говоря, это было похоже на процесс рейдерства, когда человек объявляет своей собственностью то, что ему никак не принадлежит».

(Тобто ніби й добре, але все одно погано. Цікаво також, що досі вселенський Константинопольський патріархат протягом століть беззаперечно визнавався церквою Московського патріархату, а як тільки Константинополь виніс неугодне для Московської церкви рішення, так і сам він відразу став для неї неугодним).

І тут саме собою проситься дуже риторичне запитання: сама УПЦ визнає чи не визнає власну юрисдикцію Московського патріархату?

  • Никогда мы не назывались церковью Московского патриархата. Это выдумки. То, что нам приписали, ни в одном юридическом документе нет. С 92 г. есть грамота Патриарха Алексия (московського – прим. ред.), который давал нам абсолютную автономию и независимость (вы можете найти ее в интернете). Единственное – мы всегда находились в единении с русской православной церковью. Через эту духовную связь мы объединяемся со всем православным миром. С 1992 г., когда Украина получила независимость, у нас в Украине существует Украинская православная церковь».

Кор.: – Тим не менше аж до 2015 року УПЦ  жодним чином не заперечувала свою приналежність до Московського патріархату, і лише 3 роки тому стала активно «відрікатися» від частини своє назви – «МП»…

  • Я вам скажу, почему. Потому что тогда начали педалировать тему Москвы. Пока этого не было, мы не обижались на такое определение потому, что оно нас отделяло от УПЦ Киевского патриархата. Такая маркировка помогала нас различать, мы как бы ее принимали до тех пор, пока не случилась вся эта агрессия со стороны Москвы. И уже когда нас начали шельмовать, тогда мы сказали: «Подождите, мы такие же московские, как и вы». У нас нет какой-либо кадровой, организационной, материальной общей структуры с МП, только духовное общение.
  • Але ж назва УПЦ (МП) офіційно і законодавчо використовується на всіх державних рівнях…
  • Она используется прежде всего журналистами и это вышло из журналистской среды. Но это беспочвенно. Буду говорить прежде всего за себя. Вот я на александрийской кафедре уже 6 лет. За эти годи в качестве управляющего епархией, даже намека на то, чтобы Московская патриархия влияла на меня, на мою деятельность, на мое мировоззрение нет и не было – это могу сказать, положа руку на Евангелие. Эти все люди, которые разжигают вражду, называя нас агентами ФСБ… Это каким образом мы агенты? Если мы агенты, то почему тогда нашего священника Александра (служит в Южном микрорайоне) Президент награждает за волонтерство? Он практически каждые полгода сам ездит с добровольной помощью в зону АТО. И я могу отчитаться: только за прошедший год епархией в денежном эквиваленте было потрачено на помощь в социальных вопросах около 500 тысяч гривен. Это немного, но для нас это огромные деньги.
  • Чому тоді і офіційний Кремль, і російське духовенство так негативно, аж до істерики, сприйняли об`єднавчі процеси в Україні – це реакція на втрату певних позицій? (У розмові владика Боголєп неодноразово назвав Росію країною-агресором – прим.ред).
  • У них своя точка зрения и они ее отстаивают. Но я не хочу и не буду адвокатом у Московской патрархии. Мне это не совсем нравится – кого-то оправдывать или обвинять. Более того: наш блаженнейший Онуфрий (предстоятель УПЦ (МП) – прим.ред.) влияет на решения московского синода, потому что он является его постоянным членом. В силу тех самых дружеских и духовных связей у нас есть такое право. Мы так же можем избирать московского патриарха, но русские архиереи не избирают нашего украинского. Ни один русский архиерей не является членом нашего синода. Это говорит о многом. И при этом кто-то говорит, что мы – «ФСБэшники  в рясах». Полная глупость. Мол, мы молимся за Путина. Да может, кто-то и молится, мало ли… Может, где-то какой-то идиот и делает что-то подобное, но это же нельзя говорить о всей церкви. Таких, извините, идиотов можно найти в любой сфере нашей жизни: какой-то полицейский взятки берет, а кто-то из врачей, учителей плохо лечит, учит…
  • Що буде далі на Олександрійщині з Вашою єпархією?
  • На сегодняшний день наш статус нас устраивает. Мы ни от кого не зависим и могу сказать однозначно о нашей епархии: мы не хотим зависеть от Варфоломея. Да, мы очень переживаем по поводу сложившейся ситуации, молимся и остаемся патриотами (я понял, что об этом нужно говорить)  и выполняя свою миссию на всех гранях нашей жизни – и здесь, и в АТО, и в аннексированном Крыму, ставя перед собой самую главную цель: спасение человеческой души. То, что происходит в разрезе страны, нас, конечно, смущает и настораживает. Какие-то громкие заявления, запугивания, угрозы – это неприятно. Но в любо случае могу сказать, наш народ – мудрый. У него есть некое внутреннее ощущение, его не обманешь радужными перспективами и картинками. Человек идет в церковь по зову сердца. Поэтому я верю в наш народ, который может, запутан в круговороте информации, но в отношении веры он сделает свой выбор и «проголосует» ногами.
Читайте також:  Держава піклується про військових: на професійну адаптацію атовців виділено майже 1 000 000  гривень

Отже, це була точка зору єпископа Олександрійського і Світловодського Боголєпа. Що ж, як кажуть, вольному – воля. Он і губернатор Кіровоградщини Сергій Кузьменко нещодавно оприлюднив відповідне звернення: «Я хочу нагадати усім мешканцям Кіровоградщини, що держава ніяким чином не впливає на релігійні переконання громадян. Вибір релігії, церкви і, власне, віра — це абсолютне і непохитне право кожної людини. Однак, обов’язком кожного громадянина також є толерантне ставлення до вибору іншого громадянина. Нагадаю, що саме це є втіленням справжніх європейських цінностей, які українці відстояли під час Революції Гідності.Я в черговий раз прошу зберігати взаємоповагу у питаннях віри, релігії та церкви, незалежно від власної точки зору і поглядів на ті події, які відбуваються в житті православної громади.Кіровоградщина завжди демонструвала виважену і спокійну позицію під час знакових перемін. Ми вміли чути і поважати один одного. Сподіваюсь, так буде і в питаннях, які стосуються релігійних вподобань. Бо саме у єдності наша сила».

Читайте також:  Кримінальні події тижня в Олександрії: як з'ясовують сімейні стосунки і що крадуть у магазинах та у сусідів

Що ж до переходу від УПЦ (МП) до ПЦУ — законодавці вважають, що зміна церковної юрисдикції парафіями в Україні відбувається у правовому полі, згідно з ч. 2. ст. 8 Закону України «Про свободу совісті та релігійні організації». І як свідчить Вікіпедія з посиланням на офіційні джерела інформації, цей процес набуває позитивної динаміки. Перші (одиничні) випадки переходу від УПЦ (МП) мали місце ще в 90-ї роки, а прискорився процес після 2014 року і особливо – у грудні 2018 та у січні 2019 року. До речі, є такий приклад і на Кіровоградщині: нещодавно Церква Воздвиження Хреста Господнього (с.Перегонівка) перейшла від МП під юрисдикцію ПЦУ. Всього ж станом «на зараз» в Україні від УПЦ (МП) вже відійшли 134 парафії.

БЕЗ КОМЕНТАРІВ